Начальная школа

Русский язык

Литература

История России

Всемирная история

Биология

География

Математика

Прячемся, одеваемся, мажемся

 

По счастью, в организме заложено несколько защитных механизмов против ультрафиолетовых лучей. Один из них – окрашивание кожи в темный цвет при контакте с солнцем. Лучи UVA вызывают быстрый загар, появляющийся сразу во время нахождения на солнце. При этом предварительно подготовленные частички меланина выдвигаются несколько ближе к поверхности кожи, и еще не покоричневевшие предшественники меланина становятся видимыми. Оттенок такого загара чаще всего серовато-коричневый. Загар этот нестойкий и лишь в незначительной степени защищает наследственный материал клеток.

А вот излучение UVB более эффективно, оно стимулирует образование новых пигментов, что может продолжаться до трех дней, но лучше защищает геном. В результате получается оттенок от медного до кофейного. Наше эндогенное красящее вещество – меланин – превентивным образом прикрывает собой ядра клеток, словно внутренний солнцезащитный крем, и таким образом защищает кожу от опасного ультрафиолетового излучения. В то же время производство меланина обуславливается именно этим видом излучения.

Для защиты клеток еще более важно утолщение эпидермиса, благодаря ему снижается уровень поступающей радиации. Образование этих так называемых гиперкератозов длится до трех недель. Так что если вы улетаете в отпуск бледным как поганка, то такое действительно полезное явление, как гиперкератоз, возникнет у вас самое раннее к концу долгого трехнедельного отпуска, аккурат к возвращению на работу. Отслужив свое, кожные утолщения отслаиваются. Поэтому после отпуска на солнце вы замечаете, что кожа становится сухой и покрывается крошечными чешуйками. И тогда мы говорим, что кожа шелушится. Втирать крем смысла, разумеется, нет, потому что кожа сделает то, что она должна сделать: отслоить, избавиться, навести порядок. Попрощаемся с гиперкератозом!

Эндогенные защитные механизмы в состоянии усилить защиту от ультрафиолета на одну-две единицы. У младенцев эта защита еще не функционирует. И мы тоже должны себя дополнительно защищать или же вообще воздерживаться от пребывания в регионах, не подходящих нашему типу кожи. Иначе не избежать отложенного ущерба.

Рубашка, брюки, шляпа… Когда мы, жители Северной Европы, оказываемся в южных широтах или если мы любим летом долго находиться на свежем воздухе, мы должны всемерно поддерживать наши эндогенные возможности защиты от солнца.

1-й и 2-й тип кожи называют также кельтскими типами, классическая иллюстрация такого типа – образ английского туриста на Средиземном море. Через 10, максимум через 20 минут ему грозит жестокий солнечный ожог – фототоксическая экзема, буквально отравление светом. Кожа красная, болит, появляются пузыри, местами геному клеток нанесен такой тяжелый ущерб, что он больше не поддается восстановлению, так что кожа отторгается. Английский пациент поступит верно, если наденет элегантную шляпу, которая подарит тень лицу, шее и ушам. Солнечные очки защитят его глаза и нежную кожу под глазами. Длинная, плотнотканная, но пропускающая воздух одежда – это оптимальный вариант.

 

Основное правило дерматологов гласит: прятаться, одеваться, мазаться!

 

Во время жаркого полуденного солнца, где-то между 11 и 15 часами, нашему кельту, следуя примеру местных жителей, нужно устраивать себе сиесту. В это время дня индекс ультрафиолета, обозначающий интенсивность излучения UVB, особенно высок. Защита рекомендуется уже начиная с индекса 3; в Центральной Европе такой часто бывает даже осенью. Возле экватора индекс может быть выше одиннадцати. Ежедневные показания UV-индекса можно отследить в Интернете; для Германии, например, на сайте Немецкой метеорологической службы или Федерального ведомства по радиационной безопасности.

Если вы подумали: «Ну ладно, тогда поджариться можно до и после сиесты», – будьте осторожны! Как вы уже знаете, лучи UVA также весьма сомнительны. Особенно сильны они между 10 и 16 часами, но и в остальные солнечные часы они присутствуют в воздухе в высоких дозах. Нахождение в тени или под зонтиком спасает от них только на 50 процентов. Они пробиваются даже через окна автомобиля и иллюминаторы самолета. У пилотов очень часто обнаруживается рак кожи или его предварительные стадии; для них риск развития черного рака вдвое выше, чем у людей, работающих на земле .

В воде тоже отнюдь не безопасно, это известно каждому, кто хоть когда-нибудь забывал о времени, плавая под водой: 60 процентов ультрафиолета проникает на глубину 50 см. Отражение от снега и от воды усиливает ультрафиолетовое излучение на 50–90 процентов.

 

Облака понижают излучение лишь на 10 процентов, поэтому даже при, казалось бы, затянутом облаками небе можно получить солнечный ожог.

 

Даже если кельтской коже удастся более или менее произвести пигмент, это еще не означает лучшую защиту. Потому что при очень светлом типе коже меланин недостаточно продуктивен. Так что солнцезащитный крем обязателен, причем с высоким фактором защиты, и наносить его надо в огромных количествах.

На тюбиках с солнцезащитным кремом всегда указано значение солнцезащитного фактора SPF. К примеру, SPF 50 означает, что для, скажем, первого типа кожи собственная десятиминутная защита может быть продлена в 50 раз. Так что наш англичанин мог бы оставаться на солнце 500 минут, то есть более 8 часов. Это в теории. А на практике это в любом случае слишком долго! Ведь солнцезащитный крем, в конце концов, не черная полимерная пленка и все-таки пропускает достаточно ультрафиолетового излучения. Кроме того, защитный крем все равно наносят чаще всего слишком тонким слоем.

Известно ли вам, что для того, чтобы крем выполнил обещанное, взрослый человек должен зараз нанести на себя такое количество солнцезащитного крема, которое уместилось бы в одну-две водочные стопки. Однако исследования показали, что, как правило, мы наносим всего 0,5–1 мг крема на квадратный сантиметр кожи вместо необходимых 2 мг/см2. Если вы отправились с семьей в отпуск с одним тюбиком солнцезащитного крема и даже его не до конца использовали, то вы определенно недостаточно мазались кремом. К тому же следует учитывать, что часть крема испаряется вместе с пóтом, теряется из-за трения об одежду или во время купания в море. После купания в любом случае нужно снова нанести крем. При этом фактор времени допустимого нахождения на солнце не удлиняется, как многие полагают, а только поддерживается. Да мы еще и часто забываем помазать кремом целые участки кожи.

Прошлым летом я наблюдала, как мой сосед с обнаженным торсом работает в своем саду. Он уже установил палатку для детей и покопался в грядке, и тут жена ему напомнила: «Да намажься ты наконец кремом, пожалуйста!» Заметно раздраженный, что его отвлекли от важных занятий, он быстро выжал большую порцию лосьона в ладони, коротко провел ими по рукам и предплечьям и один раз хлопнул себя по спине. И на этом завершил свое солнцезащитное мероприятие.

В сумерках, за поливом цветов, я рискнула бросить еще один взгляд на обнаженную спину соседа. Теперь даже издалека, через забор, светилась настоящая солнечная татуировка: вся спина пылала красным, и только отпечаток руки остался белым…

Мужчины и крем? Знаю, что это огромная проблема! Наши мужчины, у которых и без того жирная кожа, избегают крема, он им кажется уж очень липким. На счастье, с некоторых пор в аптеках специально для этих бравых парней продаются солнцезащитные гели и флюиды. Они содержат значительно меньше жира, не забивают поры, быстро впитываются, и под ними не потеешь. Но какая польза от самого лучшего крема, если им не пользоваться?

Покупая солнцезащитный крем, обращайте внимание на то, чтобы наряду с высоким светозащитным фактором (50+) также была достаточно высокая защита от UVA. Как потребитель узнает об этом? В соответствии с директивой Европейского сообщества, на тюбике будет кружок с буквами UVA внутри. Крем без такой защиты хоть и помогает от излучения UVB и предотвращает солнечный ожог, но вредные лучи типа А будут беспрепятственно проникать в кожу, и вы этого не заметите, поскольку солнечный ожог, как предупредительный сигнал, не позовет вас вовремя домой.

Так что чтобы хоть как-то защитить себя от обоих видов облучения, обращайте внимание на высокий солнцезащитный фактор и на сокращение UVA в кружочке. Если на тюбике написано, что его содержимое «водоустойчиво», не слишком обольщайтесь. В данном случае «водостойкий» означает: после купания на коже осталось около 50 процентов светозащитных фильтрующих веществ. Обязательно помажьтесь кремом еще раз!

Детей до двух лет в принципе никогда нельзя подвергать прямому солнечному излучению . Но мы все знаем, что это не всегда получается. Рекомендуется легкая одежда, прикрывающая руки и ноги. Важно также пользоваться детским кремом с высоким солнцезащитным фактором, он не несет с собой серьезных рисков для здоровья. Напротив, риск – это солнечный ожог, он может иметь последствия на всю жизнь. Однако многие родители опасаются, не вызовет ли крем аллергии, не окажет ли гормонального воздействия и не лучше ли пользоваться кремами с химическими или физическими солнцезащитными фильтрами. Ответ таков: оба варианта приемлемы, поскольку на сегодня требования к хорошему солнцезащитному крему, если он куплен в аптеке и предназначен для маленьких детей, очень высоки.

Для того чтобы разработанный светозащитный фильтр стал привлекательным для крема, он, подобно соискателю на рабочее место, должен иметь не только основные профессиональные навыки (hard skills), но и личные качества (soft skills). Он должен быть светостойким, а не разлагаться от солнца, потому что разрушающийся фильтр может вызвать аллергию. Он не должен вредить здоровью, не должен оказывать гормонального воздействия, по возможности не должен слишком глубоко проникать в кожу и уж тем более нарушать пограничный слой – базальную мембрану. Кроме того, очень важна его способность к командной работе. Вообще-то современные солнцезащитные средства в большинстве своем сочетают химические и физические светозащитные фильтры.

Химические светозащитные фильтры перехватывают ультрафиолет. Когда молекулы принимают на себя световой энергетический пакет (помните про фотоны?), они на короткий момент впадают в энергетически возбужденное состояние. Тогда перехваченная энергия ультрафиолетового излучения преобразуется в видимые длинные волны или в тепловое излучение (инфракрасное). Разумно подобранная команда химических светозащитных фильтров может принимать на себя волны различной длины и таким образом тормозить как UVA, так и UVB. При этом сборная команда светозащитных фильтров работает в полном взаимодействии и обеспечивает самозащиту от разрушения солнцем всего фильтра в целом. Взаимодействие компонентов фильтра экономит трудозатраты, так что на круг нужны небольшие количества каждого из химических фильтров, что позитивно сказывается на «конечном пользователе» – коже: нет продуктов распада химических светозащитных фильтров, меньше аллергии.

По поводу химических фильтров по-прежнему ведутся дискуссии. Опыты на животных показали воздействие, подобное гормональному. Впрочем, подопытные мышки получили исключительно большие дозы фильтров. В хороших солнцезащитных кремах признанные рискованными химические светозащитные фильтры не используются, и все же солнечный ожог однозначно считается гораздо бóльшим риском. Если вы все-таки опасаетесь гормонов в солнцезащитном креме, то учтите: с питанием мы ежедневно потребляем гораздо более высокие дозы фитоэстрогенов, чем в принципе может содержать солнцезащитный крем. Кроме того, с водопроводной водой мы порой получаем настоящие эстрогены (гормоны, которые после приема противозачаточных таблеток вместе с мочой снова попадают в воду). И к сожалению, в многочисленных прочих косметических средствах содержатся гормонально активные консерванты – парабены.

Тем временем надежные химические светозащитные фильтры есть даже для детей. Их часто смешивают с физическими светозащитными фильтрами. Под физическими здесь имеются в виду минеральные. Такие кремы содержат мелко размолотые частицы пудры из минералов – диоксида титана и оксида цинка. Они вовсе или почти не захватывают ультрафиолет, а, словно маленькие зеркальца, рассеивают его. Эти мелкие частички пудры можно представить себе в виде мини-зонтиков с отражающей верхней поверхностью. Преимущество в том, что они не пропускают весь спектр волн. Ультрафиолет не может их разрушить, они не слишком глубоко проникают в кожу, нет никакого гормонального воздействия, и случаев аллергии также не наблюдалось.

Без сочетания с химическими фильтрами физические вряд ли технически смогли бы обеспечивать степень защиты выше 20 единиц, не вызывая при этом на коже не очень красивый с косметической точки зрения отбеливающий эффект. Маленьким детям он не помешает, а взрослым нежелателен. Мы же хотим быть загорелыми, а не походить на привидения.

В последнее время этот отбеливающий эффект нейтрализуют добавлением физических фильтров в виде наночастиц. Они настолько малы (меньше 1000 миллимикрон, или 1 микрон), что глубже проникают в роговой слой. Таким образом, защита действует дольше, потому что она меньше подвержена стиранию, потению и долгому пребыванию в воде. Наночастицы не отражают видимый свет, так что и отбеливающего эффекта на коже нет. Огромное преимущество с косметической точки зрения.

 

Если у вас проблемная кожа, то имеет смысл сходить в аптеку и подобрать там правильный крем или хорошо переносимый легкий и нежирный гель.

 

Минеральные светозащитные средства очень хорошо переносятся, хотя иногда их делают на слишком жирной основе, что может спровоцировать прыщи и вызвать неприятные ощущения.

 

Многие женщины пользуются дневными кремами или тональной косметикой с фильтрами UV. Это обманчивая безопасность, поскольку такие кремы часто содержат защиту против UVB, но не против UVA. Так что если есть маркировка SPF 15, но нет значка UVA, то будьте осторожны: незаметно для себя вы можете в некоторой степени подвергнуться более высокому риску возникновения морщин и рака.

 

И кое-что еще. Нанося с утра дневной крем, а позднее поверх него еще и солнцезащитный, вы перегружаете кожу. Гораздо лучше позволить себе комбинированный препарат, в котором защита от солнца сочетается с уходом или с тональным эффектом (обращайте внимание на защиту от UVB и UVA).

Такие комбинированные препараты можно купить в аптеке в форме крема или тональника. Но всегда имейте в виду: природа не любит слишком обильного ухода, он вреден для здоровья кожи. Здесь тоже действует правило: лучше меньше да лучше .

 

Плюс еще несколько полезных советов

 

Формула из трех волшебных слов: прятаться, одеваться, мазаться – поможет избежать ультрафиолетовой катастрофы вселенского масштаба, но вы можете еще кое-что сделать. Например, с помощью антиоксидантов, таких как витамины А, с и Е. Они эффективны при наружном применении и потому по праву содержатся в некоторых продуктах для ухода за кожей и защиты от солнца. А лучше принимайте эти антиоксиданты внутрь. Ешьте цветные фрукты и овощи. Бета-каротин и прежде всего ликопин из томатной пасты (действует лучше, потому что в пасте его больше, чем в свежих помидорах), морковь, а также шпинат, капуста, свекла, зеленый чай и немного красного вина благотворны для кожи. Поскольку механизм возникновения кожного рака и морщин одинаков, вы получите двойную выгоду от приема антиоксидантных растительных веществ и витаминов.

Помимо этого, что еще? Я снова скажу о своем любимом витамине – витамине D. Будь то собственного изготовления, то есть из кожи, из аптеки в качестве пищевой добавки или в виде свежей жирной рыбы.

 

Витамин D защищает от всех видов кожного рака.

 

Он состыковывается с теми рецепторами в коже, которые подавляют возникновение опухолей. При этом рецептор, как замок, а витамин D – ключ к нему.

Носите большие и хорошие солнечные очки . Кожа под нижним веком тонкая и нежная, она как солнечная терраса над скулой, всегда открыта солнечному облучению и ожогам. Здесь защитой могут стать очки. Небольшое утешение для очкариков: у вас в принципе меньше морщин под глазами, чем у людей с хорошим зрением. Ведь даже нетонированные органические стекла защищают от ультрафиолета, потому что в них добавляют материалы, препятствующие пожелтению оргстекла под воздействием солнца.

И еще одна хорошая весть для милых дам: губная помада защищает от рака губ . И это даже несмотря на то что Немецкое общество по контролю за качеством товаров периодически констатирует, что в содержащих минеральные масла средствах по уходу за губами могут быть канцерогенные вещества, такие как ароматические углеводороды. Для безопасности вы можете просто переключиться на помады, не содержащие минеральных масел. Собственно для губ цветная защита – это хорошее превентивное средство против солнечных лучей.

 

Сладкий автозагар

 

Итак, вы узнали о методах защиты от солнца. Теперь я расскажу вам, как вы можете все же загореть. Здоровая альтернатива зловредному облучению – это загар с помощью углеводов.

Углеводы? Имеется в виду действующее вещество Dihydroxyaсeton (дигидроксиацетон, сокращенно DHA) – сладкое на вкус сахаристое вещество, которое вступает в химическую реакцию с частицами белка на роговом слое кожи и вызывает эффект загара. Этот феномен может быть вам знаком из кулинарии: реакция Майяра придает коричневый цвет и специфический аромат жареным блюдам, хлебу, кофе и картошке фри.

Дигидроксиацетон – это излюбленное действующее вещество во всех современных автозагарах. Он безвреден и в несколько видоизмененной форме встречается даже в нашем обмене веществ. В кремах его иногда комбинируют с подобной же субстанцией, Erythrulose (эритрулозой), придающей коже несколько красноватый оттенок. Но автозагарщикам противопоказано лежать на солнце, ибо в этом случае могут выделиться небольшие количества ядовитого и аллергенного формальдегида.

К сожалению, автозагар имеет один большой недостаток. Цвет держится недолго и рисует на коже узоры, причем не только когда вы небрежно намазались. Как вы уже знаете, с кожи постепенно отслаиваются чешуйки, и они продолжают это делать даже после того, как их покрасили: там, где есть какое-то трение, коричневые частички кожи остаются на одежде. А места, где роговой слой толще или более шершавый, окрашиваются сильнее, и получаются из нас пятнистые леопарды или полосатые тигрицы.

Есть еще одно вещество, обещающее загар без солнца. Его всячески рекламируют в Интернете: это белок под названием мелатонин (меланотан), синтетический вариант нашего гормона меланина, стимулирующего меланоциты. Известный как наркотик для Барби, он нелегально продается в форме жидкой субстанции для самостоятельных инъекций и наряду с безупречным загаром якобы обеспечивает повышение сексуального желания и красивое подтянутое тело. Казалось бы, хэппи-энд. Отнюдь нет. Ему сопутствуют рвота, повышение давления, внезапная эрекция, неожиданно возникающая тяга зевать и потягиваться, а также возникновение родинок вплоть до возможного их перерождения в черный рак. Так что руки прочь от этого средства!

 

Прекрасная бледность?

 

Опасные последствия увлечения загаром нам давно известны. Не так хорошо в Европе знают о противоположном тренде– о чрезмерных мерах для осветления кожи , которые популярны среди африканцев, афроамериканцев, индусов и азиатов. Это увлечение тоже имеет опасные побочные явления. В жарких странах светлая кожа считается привлекательной: она символизирует здоровье и высокий социальный статус . Бледность ассоциируют с профессиональным и межличностным успехом. Вот почему в Азии женщины любят носить на море фейскини – маски из материала для бикини с прорезями для глаз, чтобы во время купания не загорало лицо. Тональные средства там кукольно-фарфоровых оттенков.

С точки зрения дерматологов, отбеливание допустимо лишь при некоторых проблемах с кожей, сопровождающихся обширными коричневыми пятнами, то есть избыточной пигментацией. К ним относятся пятна, обусловленные женскими гормонами, беременностью или приемом противозачаточных средств в увязке с солнечным светом. Подобные гиперпигментации часто возникают после воспалений, поскольку вследствие бурного воспаления красящее вещество меланин просачивается с первого подземного этажа на второй и остается там на месяцы.

 

 Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, до 77 процентов женщин в Нигерии и до 40 процентов женщин в азиатских странах применяют отбеливающие средства, чтобы кожа выглядела более светлой. Самый известный пример – Майкл Джексон; когда-то он был темнокожим и, по всей вероятности, подверг себя этому эксперименту.

 

Отбеливание кожи может иметь смысл, если из-за солнца возникли некрасивые пятна. При этом применяются лекарственные средства, снижающие производство меланина. Их нужно наносить ненадолго и на не слишком большие поверхности. Кроме того, очень эффективны лазерные методы.

Очень опасно и в высшей степени вредно для здоровья применение на больших участках и в больших дозах гидрохинона, ртути и очень сильных кортизоновых кремов. В некоторых странах их можно найти на полках супермаркетов под видом лосьонов для тела под такими соблазнительными словами, как «белая роса», «прекрасное и белое» или «быстрое очищение». Последствия могут быть фатальными. Кожа теряет эластичность, возникают растяжки, воспаления с безобразными темными пятнами, прыщи и гнойники на лице, грибковые инфекции, нарушения заживления ран, усиленное оволосение тела, расширенные сосуды или гормональные нарушения (при приеме кортизона). У подопытных животных гидрохинон вызывает рак, ртуть наносит тяжелый ущерб почкам, мозговой и нервной деятельности человека и животных, к тому же она отравляет воду и землю и таким образом попадает в пищевую цепочку.

 

Почему нас любят комары и осы

 

Наступает лето, и на нашей коже начинают появляться красные зудящие точки. Комары! Но почему одних они постоянно кусают, а других большей степенью щадят? Добрые 20 процентов людей для комаров будто медом намазаны.

Нас любят только женские комариные особи, потому что содержащиеся в нашей крови белки и железо нужны им для откладывания яиц. Сами-то они могут прекрасно прожить, питаясь нектаром и сладким соком растений, а вот для потомства требуются отнюдь не веганские деликатесы, а кровяной «суп» человека или животного. Чтобы его добыть, мама-комариха метко прокалывает капилляры в дерме человека и животного. С каждым укусом она выкачивает из жертвы от 0,001 до 0,01 миллилитра крови.

 

Несмотря на антибактериальную составляющую в слюне, расчесанный комариный укус может, разумеется, вызвать и бактериальное заражение, потому что при расчесывании человек нарушает кожный барьер и вносит в кожу находящиеся на поверхности микробы.

 

Комариная слюна – это хитроумный коктейль из обезболивающих веществ (чтобы жертва не заметила момента укуса), антикоагулянтов (разжижать кровь, чтобы она не свернулась в хоботке насекомого и не закупорила его), сосудорасширяющих веществ (чтобы добыть побольше крови), а также ферментов и белков (они помогают разлить коктейль по тканям, а заодно оказывают антибактериальное действие). Как реакция на чужеродные вещества, попадающие в организм из слюны комара, из хранилищ нашей дермы – тучных клеток – выбрасывается нейротрансмиттер зуда – гистамин.

Вообще-то у комаров есть явные предпочтения, чей крови они хотят. Это должен быть человек-жертва с ярко выраженным характерным запахом. Индивидуальный запах возникает от того, что бактерии разлагают человеческий пот. Определенное сочетание молочной, мочевой и жирных кислот и аммиака поистине сводят комаров с ума. А для москитов нет ничего более заманчивого, чем запах ног. Они летят на дурно пахнущие ноги с их содержательным и сложным запахом.

 

 В Танзании перед дверями и окнами домов вывешивают вонючие носки, тем самым пытаясь сбить с толку малярийных комаров. А ученые-специалисты уже работают над созданием ловушек для москитов с ароматом «Eau de pieds» (ножной парфюм – фр.), чтобы локализовать распространение малярии.

 

В человеческом запахе большое число компонентов. Какие ароматы наиболее любимы комарами, точно не известно, но установлено, что наряду с запахом пота роль играют также гены. Также запах выдыхаемого углекислого газа, особенно во время занятий спортом, комары считают достойным укуса и летят на него с расстояния до 50 м. Запахи парфюмов, кондиционеров для белья, пахучих лосьонов для тела и гелей для душа тоже привлекают комаров. Особый деликатес для них – это люди с первой группой крови; к ним чаще других летят и кусают. В народе говорят, что у них сладкая кровь. А люди со второй группой крови, наоборот, гораздо менее привлекательны. Почему это так, никто не может точно сказать. Факт в том, что на кожной поверхности человека формируется химический сигнал, сообщающий летающим кровососам группу крови.

Так что любимым лакомством комаров мог бы стать пахнущий жидкостью после бритья, сильно потеющий и тяжело дышащий спортсмен с первой группой крови и дурно пахнущими ногами. А абсолютным хитом в ряду комариных лакомств могла бы стать разве что занимающаяся спортом беременная женщина, потому что у нее повышена температура тела и она выдыхает еще больше углекислого газа.

Что же делать, чтобы комары не пользовались нами, как шведским столом типа «ешь сколько сможешь»? Очень эффективны химические вещества диэтилтолуомид (ДЭТА) и пикаридин (икаридин или салтидин), они отгоняют комаров (и клещей тоже) часов на шесть. Впрочем, ДЭТА раздражающе действует на слизистые оболочки и нервную систему, поэтому не рекомендуется детям младшего возраста и беременным. Пикаридин несколько менее агрессивен, но все же далеко не биовещество. К сожалению, биоматериалы в данном случае не лучшая альтернатива, потому что они действуют гораздо слабее, чем синтетические. Они быстро улетучиваются, и их нужно заново наносить каждые два часа. Биоматериалы, такие как кокосовое масло, растительные эфирные масла: цитронеллол, масло чайного дерева, экстракты лаванды, эвкалипта, гвоздики, герани, кедра, базилика, чеснока, перечной мяты – могут пахнуть неприятно даже для человеческого носа, но зато они не токсичны. Но если вы предполагаете, что биоматериалы безвредны, то ошибаетесь. Контакт с некоторыми из этих натуральных ароматических веществ вполне может вызвать аллергию. Надежнее всего тело защитит механический барьер: длинная одежда и москитные сетки.

 

Ой! Меня укусила оса

 

А вот пчелы и осы жалят не преднамеренно, а только в целях самозащиты. Их укусы очень опасны для аллергиков.

Впрочем, они болезненны и неприятны и тем, кто не страдает аллергиями.

Есть целый ряд эффективных домашних средств после укуса. Мой личный фаворит – лук. Разрезать свежий лук и втереть выступивший сок в место укуса.

Ни в коем случае нельзя вынимать зубами оставшееся в коже жало. Такое иногда делают. Вынимая жало зубами, вы рискуете тем, что яд попадет на слизистые рта, а это чревато мощными отеками вплоть до удушья. Так что жало лучше аккуратно соскрести, но при этом не сжимать его, чтобы не выдавить в кожу еще больше яда. Затем приложить лед, если он у вас под рукой: холод сокращает сосуды, и яд не сможет быстро распространиться в коже.

Проникшему в ткани яду можно противопоставить высокие температуры. В аптеках продаются профессиональные средства для лечения укусов, их накладывают на место укуса, и они выделяют высокую, но терпимую для человека температуру. Можно воспользоваться и обычной столовой ложкой: ненадолго опустите ее в горячую воду, а затем на пару секунд прижмите к коже. Но осторожно, не слишком долго, а то можно обжечься.

Если удастся нагреть яд в тканях до температуры в 40–50 градусов по Цельсию, то белковые составляющие яда будут разрушены, и зуд спадет. К тому же для нервных окончаний высокая температура как отвлекающий маневр, так что они некоторое время не передают в мозг сигналы раздражения. Итак, порядок таков: лук, холод, жар . Эффективно умерить воспаление может также сильный гормональный крем.

Укусы зудят, краснеют и отекают прежде всего из-за гистамина, который в то же время и нейротрансмиттер аллергии. В случае аллергии на яд насекомых на всем теле может появиться сыпь, которую называют крапивницей по образцу контакта с крапивой. Гораздо серьезнее, когда гистамин расширяет сосуды так, что кровь, следуя закону земного притяжения, скапливается в ногах и не достигает мозга и сердца, и дело доходит до сужения дыхательных путей. Тогда аллергия на яд насекомых угрожает жизни, ведь анафилактический шок чреват летальным исходом.

Тут уж местная терапия антигистаминным гелем никак не поможет, тем более при наружном применении он и так недостаточно глубоко проникает в кожу. Антигистаминный препарат нужно теперь принимать внутрь – в форме капель, сока, таблеток или инъекции.

 

 Если у вас аллергия на пчелиный или осиный яд, на экстренный случай постоянно имейте с собой набор из трех предметов: жидкий антигистамин и жидкий кортизон (то и другое для наружного применения) и инъектор с адреналином, который при необходимости можно вколоть себе через джинсы в бедро. Так вы спасете себе жизнь.

 

Рекомендуется также гипосенсибилизация в течение трех-пяти лет. Это когда вызывающий аллергию яд периодически вводят в кожу крошечными дозами, и у иммунной системы есть время выработать антитела к этому яду; при новом укусе она нейтрализует его действие. Нередко после окончания курса гипосенсибилизации устраивают настоящий укус насекомого под врачебным надзором. В специализированных клиниках под надзором врача вас укусит оса или пчела, и, если вдруг даже после сенсибилизации наступит аллергическая реакция, помощь будет рядом.

Поиск

Информатика

Физика

Химия

Педсовет

Классному руководителю

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru